Про женщин

Есть такой смешной тип женщин, которым лень самые простые вещи. То есть они готовы на все, только бы эти самые простые, иногда позарез нужные вещи, сделал кто-то за них. В одном сообществе барышне нужен был ремешок в пальто или плащ, болоньевый. Сшить (даже без машинки, своими руками! — какая ересь, жгите меня на костре) такой пояс — часа полтора работы. Купить болоньевую ткань — 10 минут (к тому же, черного цвета). Прошить сложенную вдвое пятидисетясантиметровую ленту — ну это…это легче, чем элементарно. Но сама суть не в этом. Ладно, бывает так, что вообще двигаться не хочется, и слово «заняться» звучит как издевка. Но эта болоньевая барышня готова была переться в ателье или заказывать швее означенный поясочек, прекрасно зная о том, что времени на такие манипуляции уйдет больше. И ладно бы, руки шить не умеют. Так нет же, барышня утверждала, что умеют, но, дескать, лень. То есть, идти в ателье, делать заказ, потом еще раз приходить уже за готовым заказом — не лень. А вот после работы купить ткань и на следующий день сшить — лень.

Это действия высшего и низшего порядка. Куда-то идти и ехать — это снимать с себя все заботы и ответственность. А шить — действие высшего порядка. Оно требует не простого выбора из перечня ателье, а приложения собственных сложносочетаемых сил.

Наверное, это особенно касается каких-то ручных забот. Проще пойти и купить платье, крой которого не удивил бы даже белый экран компьютера. Проще пойти и купить его за 500 гривен, чем вырезать из купленной за 70 гривен такой же ткани два полотна и сшить их, прорезав впереди горло. Особенно, когда есть время вырезать. Ну есть же время пойти по магазинам? Нет, я понимаю, там прицеплена бирка и дадут бумажный пакетик — счастье-то какое. И ничего, что швы неидеально обработаны. Но это 500. Чем они думают, когда такое платье стоит 1000 и больше, я не знаю. Наверное, тем местом, в которое еще и едят.

  • http://under.in.ua Сраченятко

    Шо то є женщина? Міфічна істота з гарним духом і тілом. Хіба вона може примушувати себе? То справа чоловіків.

    Дурню якусь написав та й раденький.